Князь Монте-Веро работал в своем кабинете. Он заканчивал письмо к управляющим Монте-Веро, в котором уведомлял о скором приезде и давал указания о возделывании новых земель для увеличения княжества; с этой целью управляющим предписывалось нанять всех тех немцев-переселенцев, которые тысячами отправлялись за океан, чтобы обрести в колонии Монте-Веро новую родину.
Лицо Эбергарда осветилось радостью при мысли о том, что ему представился новый случай осчастливить хотя бы часть своих соотечественников, которые в Европе обречены были на нужду и лишения; возросшие доходы давали. ему возможность заботиться о ближних своих. Донесения доктора Вильгельми, банкира Армана, художника Вильденбрука и многих других, последовавших их примеру, свидетельствовали князю, что дела идут успешно и капиталы его повсюду употребляются для улучшения благосостояния рабочих; такие известия приносили ему глубокое удовлетворение, и он не считался с затратами на эти благородные цели.
Вдруг в кабинет, постучавшись, вошел Сандок; по случаю прохладной погоды на нем был широкий теплый плащ, и весь наряд его указывал, что он собрался куда-то ехать.
-- Что скажешь? -- спросил князь.-- Ты так серьезен, будто собираешься сообщить мне важное известие.
-- Сандок имеет сообщить важное известие,-- со значительностью отвечал негр.
-- Ты, кажется, намерен что-то предпринять?
-- Масса, Сандок пришел просить позволения уехать на один день и одну ночь.
-- И куда же ты собрался?.
-- В Гавр, на "Германию".
-- Тебе, я вижу, не сидится в Париже. Еще не время готовить "Германию" к отплытию, подожди несколько дней.