Когда Фукс убедился, что все уснули, он осторожно коснулся руки Рыжего Эде, давая ему понять, чтобы тот оторвал несколько полосок от своего одеяла, пока он допилит кольцо.
Темная и бурная ночь благоприятствовала плану беглецов. Камера была погружена во мрак, буря заглушала скрежет пилы, треск разрываемой ткани, звон привязанных к ногам цепей, для чего и понадобились полоски одеяла.
Было около полуночи, когда товарищи, пять лет связанные друг с другом, почувствовали, что могут двигаться независимо друг от друга.
-- Если посчастливится и мы попадем ко времени отлива, то мы спасены,-- шепнул Фукс Рыжему Эде.-- Следуй за мной, только тихо и осторожно.
Фукс, прислушиваясь, сделал несколько шагов. Цепь, привязанная к ногам, конечно, мешала двигаться, но остановить таких людей, как Фукс, это не могло.
Эде последовал за Фуксом. Беглецы осторожно дошли до двери; она никогда не запиралась на ключ, а в этот вечер даже была отворена настеж"ъ, чтобы смотрителям было слышно, что происходит в камере. Заметив это, Фукс не мог не улыбнуться, и еще больше обрадовался, когда при свете лампы, освещавшей лестницу и коридоры, увидел плащи смотрителей, висевшие на стене.
Фукс поспешно схватил один из плащей, Рыжий Эде последовал его примеру, и, закутавшись в них, беглецы скрыли свои яркие острожные одеяния."
Преступники вышли из тюрьмы, темная ночь сулила успех их безумно смелому бегству. Они имели в распоряжении пять часов, пока не откроется их бегство, за это время Фукс надеялся быть уже далеко. Больше всего его беспокоила пестрая одежда и кольца на ногах. Он поспешно направился к бассейну, который с портом был соединен каналом. У лестницы, что вела к воде, стояло несколько лодок.
-- Чего ты там не видел? -- раздраженно спросил Эде.-- Ты что, не знаешь, что ворота в стене открыты для лодок только днем?
-- Я знаю это, но, если счастье на нашей стороне, мы переберемся через эти ворота, не замочив носа.