Молодая королева по окончании парадного обеда среди блестящего окружения задумчиво и печально сидела в кресле в своем будуаре. Маркиза де Бевилль стояла в глубине комнаты. Она знала, что мучило ее госпожу, что терзало ее душу.
Изабелла с тоской думала о разлученном с ней прекрасном дворянине. Образ Серрано не давал ей покоя; еще сегодня этот образ вдруг предстал перед ней, когда она положила свою маленькую мягкую ручку в дряблую руку своего кузена, который скоро должен был стать ее мужем. "О, если б это была рука Франциско!.." -- подумала она.
Тот, кто сидел возле нее, был действительно Франциско, но не тот возлюбленный Франциско, который отправлялся в Бургос, а она, изнывавшая в тоске по нему, должна была весело улыбаться. Ее статс-дамы были счастливее, -- маркиза сегодня за столом увиделась со своим остроумным милым Олоцагой, королева же должна была томиться!
И все-таки она была рада, что, по крайней мере, вечером ее избавили от мучительной беседы с кузеном, что ее оставили в покое, что позволили в уединении своего будуара подумать о возлюбленном ее души.
В то время как Изабелла украдкой отрезала серебряными ножницами один из темных локонов своих прекрасных волос, вкладывала его в письмо, которое писала к генералу Серрано, и отсылала в лагерь близ Бургоса с нарочным верховым, давая Франциско таким образом особенное, редкое доказательство своей безмерной милости и привязанности, молодой принц де Ассизи, закутанный в длинный темный плащ, низко надвинув на лоб испанскую шляпу, поспешно шел по худо освещенным улицам столицы. Его дорога шла поблизости Пласо Педро, а потом круто сворачивала на улицу Фобурго.
Когда он позвонил у двери знакомого нам доминиканского монастыря и ответил брату привратнику на его вопрос: "Принц де Ассизи желает быть проведен к преподобному патеру!", маленькая крепкая дверь отворилась очень быстро. Брат глубоко поклонился и прошептал благочестивое приветствие. Принц пожал ему руку.
-- Проведи меня к преподобным патерам, брат привратник, -- сказал он приветливо своим неестественно высоким голосом, -- я надеюсь, что найду здесь и своего духовника Фульдженчио.
-- Точно так, чужой преподобный патер из Неаполя также находится в Санто Мадре.
-- Прекрасно, проведи меня к нему.
Принц, следуя за братом привратником, приближался к монастырскому двору, тонувшему во мраке наступившей ночи. Порывистый ветер, какой часто Дует весной с Сьерры-Гуадарамы на Мадрид, неприятно гудел среди колонн длинной открытой галереи, воздух при этом был теплым как летом и удушливо сухим.