Ей пришло в голову спросить у него о своем Франциско Серрано, которого он должен был знать.
-- Может быть, -- думала она, -- он возвратит мне горячо любимого мной человека, если я на коленях буду его умолять об этом.
Вслед за тем у нее возникло сомнение. Черное домино, может быть, не король, а кто-нибудь другой, желающий ее обмануть.
-- Доверься мне, Виана. Ты задумчива и грустна всегда, если у тебя есть какая-нибудь печаль, доверь ее мне, и я постараюсь тебя избавить от нее.
-- Вы слишком милостивы к несчастной Виане, благородный дон.
-- Я люблю тебя и молюсь тебе, чистое, непорочное существо. Умоляю тебя, сними маску! Доставь мне счастье полюбоваться на твое милое лицо! Ты можешь это сделать для меня? -- говорил король, увлекая нежным движением монахиню к одной из скалистых ниш.
-- Бедная Виана вам не пара, благородный дон, бедная Виана не на своем месте в этих залах, исполненных веселья, она более не знает радостей.
-- Но если тебя любит король, ты снова узнаешь радость и веселье, -- мягко и чистосердечно говорил Франциско де Ассизи.
Виана боролась. Ее сердце стремилось поверить важнейшую тайну своей жизни королю, супругу той женщины, которая преследовала и ненавидела ее, и между тем она опасалась, что он предаст ее.
Франциско де Ассизи подошел вместе с монахиней к скалистой нише, освещенной нежным розоватым светом.