Изабелла тепло и сочувственно поглядела на него, тогда только увидела она, что егеря тщетно старались отогнать собак с места, на котором стояла Энрика.
Она скрестила руки на груди и низко наклонила голову до земли...
-- Что там за девушка? -- спросила удивленная королева.
-- Моя дочь, которая разделяет со мной уединение пустыни! -- ответил Мартинец, хотя его голос был слаб и сильно дрожал от волнения. Он должен был во что бы то ни стало спасти бедную, преследуемую женщину, которая стояла около него на коленях.
Изабелла с жалостью поглядела на этих людей, не существующих более для мира, и подала знак к отъезду -- рога прозвучали, и стая оставила, наконец, перепуганных отшельников.
-- Сохрани вас Пресвятая Дева! -- закричала им удаляющаяся королева.
Когда великолепный поезд исчез в лесу, Энрика и Мартинец поднялись и тяжело вздохнули.
С молитвой простерла Энрика руки к небу, потом опустилась к ногам старого Мартинеца. Он поднял ее и поцеловал в лоб.
-- Ведь ты дочь моя? -- спросил он. -- Небо ниспослало тебя мне, как всякому отцу хорошее дитя, я имею право называть тебя моей дочерью!
-- А мне так отрадно, отец Мартинец, когда вы меня так называете! -- говорила Энрика с детской искренностью.