-- Изабелла уклонилась от этого предложения.
-- Если она откажется, то будет святотатницей, она приняла обязательства своей матери, -- мрачно сказал Мерино.
-- Теперь она будет опираться на влияние, приобретенное ею над народом рождением ребенка! -- пояснил Маттео. Саркастическая улыбка озарила его круглое лицо.
-- Беда ей, если она еще осмелится сопротивляться могуществу Санта Мадре, она не первая, которая дорого за это поплатится, -- говорил бледный страстный Мерино.
-- А если она станет надеяться на помощь других?
-- То должна умереть! -- вскричал Мерино.
Сгорбленный старый патер Антонио невольно взглянул на молодого брата, при последних словах вскочившего с места. Казалось, он был готов на все, у него уже раз вырвались подобные слова. А фанатизм, блестевший в его глазах, явно показывал, что он способен был исполнить свои угрозы.
-- Санта Мадре старше престола и дворца Мадрида, -- заговорил престарелый великий инквизитор, -- Санта Мадре могущественно и непреклонно, Изабелла Бурбонская знает это от матери и по истории! Она не должна забывать, что она только под нашей властью остается на своей высоте. Если же она захочет возвыситься над нами, тогда ей грозит гибель! Прошу достопочтенных братьев, собравшихся здесь, через четыре недели произнести по этому делу окончательный приговор. До тех пор должно выясниться, будет ли это опасное общество Летучей петли преследовать Изабеллу Бурбонскую, и желает ли она возвратить святому Исидору его украшения. Увеличения срока мы не можем допустить!
-- Мы согласны с тобой, достопочтенный брат Антонио, -- говорили Маттео и Мерино.
Никто не подозревал, что было решено во дворце на улице Фобурго.