-- Как бы он ни был высоко поставлен? -- спросил Фульдженчио, следя за выражением ее лица.
-- Мы обещаем вам приговорить его к смерти!
-- Позвольте мне, ваше величество, вас поблагодарить от имени Санта Мадре, -- сказал патер, -- пора положить конец этому самоуправству!
-- Я чувствую то же самое, а потому поступок прошлой ночи не останется безнаказанным! Я сдержу свое слово!
Королева была очень взволнована. Она поспешно отпустила патера, который подобострастно поклонился ей. Воротившись в свои покои, она велела позвать к себе министра-президента, генерал-капитана и начальника стражи.
Господа эти явились с самыми покорными лицами, не зная, как и чем угодить взволнованной королеве, но ни один из них не мог дать хотя каких-нибудь сведений о тайном обществе и его предводителе. Изабелла становилась все раздраженнее и с трудом преодолела свой гнев, когда начальник стражи признался, что, несмотря на все старания, не могли добиться, кто такой этот таинственный дон Рамиро.
Между тем Фульдженчио, пройдя через зал адъютантов, вступил в коридор. К нему неожиданно подошла закутанная монахиня.
-- Скорей, идите за мной! -- прошептала она патеру.
Фульдженчио знал, что прекрасная графиня генуэзская, влиятельная монахиня Патрочинио, только тогда употребляла подобные слова, когда хотела сообщить ему какую-нибудь важную тайну. Он еще с большей готовностью последовал за своей проводницей. Патер любил останавливать свои взоры на ее роскошном и соблазнительном стане. Монахиня ожидала его в уже известной нам спальне. Чтобы ей не было так жарко, она немного расстегнула свое одеяние, под которым сегодня было надето черное гладкое платье. Глаза графини зловеще блестели -- ее лишили наслаждения тайно пытать упорно сопротивлявшегося Аццо -- у нее похитили цыгана! Первое, что она сделала по получении этого известия, было побудить Жозэ и его фамилиаров во что бы то ни стало отыскать место сборища общества Летучей петли, которого до сих пор никто еще не мог открыть. Она хотела немедленно дать почувствовать свою власть этому предводителю га иного общества, она хотела уничтожить его. Полчаса тому назад Жозэ доложил ей, что Аццо бежал в ночь под покровительством Летучей петли, а теперь она уже получила ответ, вызвавший на ее холодном лице ледяную, надменную улыбку.
-- До цыгана я уже доберусь, но прежде я погублю тебя, дон Рамиро!