Поздно вечером Аццо встретил пастуха, гнавшего домой стадо. От него он узнал, что хозяйка Дельмонте уехала, очевидно, в Кадис. -- В Кадис, -- повторил Аццо, -- да, вы правы, она должна была уехать туда, -- и прошептал: -- В Кадис! Она спешит увидеть своего Франциско. Это будет трогательное свидание! Я тоже иду в Кадис. Город, в котором находились Энрика и Франциско, манил его теперь к себе, и в ту же ночь он отправился пешком в дальний путь, надеясь встретить их по дороге.
Но Энрика уже находилась за решеткой, под сильной стражей во внутренних покоях мадридского замка. Графа Теба поместили в другой флигель, так что нечего было и думать о какой-либо связи между ними. Рамиро тщетно пытался склонить на свою сторону приставленного к нему офицера, а потом подкупить тюремщика.
Энрика стойко переносила плен, как и многие другие выпавшие ей испытания. Она так твердо уверовала в скорую победу восстания и свое освобождение, что с радостью приносила эту незначительную жертву делу свободы. Счастливо избежав опасностей на Тенерифе и во время морского перехода, она была воодушевлена надеждой, что Серано с друзьями преодолеют все с Божьей помощью.
Могущественный враг -- королева находилась далеко от Мадрида, и раньше чем она возвратится, Серано уже будет вблизи ее -- так думала Энрика, сидя в большой высокой комнате с зарешеченными окнами, похожей на конторскую, просто, почти бедно, меблированной. Старые стулья с высокими спинками, длинный стол, покрытый зеленой скатертью, несколько пустых шкафов для бумаг, портреты умерших государей составляли все ее убранство. Лежавший всюду толстый слой пыли, стоявший столбом, когда солнечные лучи проникали в комнату, свидетельствовал о том, что здесь давно никто не жил. Вторая комната, служившая спальней герцогине де ла Торре, сообщалась с первой стеклянной дверью. В ней не было окон, и, по-видимому, она предназначалась для хранения ценных вещей.
Горничная, приставленная к герцогине де ла Торре, вероятно, была осведомлена, что супруге мятежника следует оказывать как можно меньше услуг, и Энрике пришлось терпеть много неудобств: она получала раз в день хлеб, воду и какую-нибудь горячую еду.
Но герцогиня де ла Торре не была так изнежена, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
Все ее помыслы и надежды обращались к тому времени, когда дело, которому она приносила жертву, даст богатые плоды, когда Франциско и его друзья явятся провозвестниками новой зари для своего отечества.
Двое караульных стояли под окнами, а в передней день и ночь дежурил офицер, чтобы никто не мог проникнуть к герцогине.
Ее содержали, как самую опасную преступницу.
То же самое было и с графом Теба, который тщетно искал средство к спасению. Он считал своей священной обязанностью спасти Энрику, так как хорошо понимал, какое наказание грозит ей. Он знал, что королевские судьи в этих случаях очень усердны и услужливы.