-- Если бы вы замолвили ее величеству словечко за солдата Арану, благочестивый отец!
-- Для человека достойного я с удовольствием сделаю все, что могу, и даже на днях доложу королеве о тебе, так как ты...
-- Вы это можете сделать сейчас, благочестивый отец, -- прервала королева Кларета, приближаясь к террасе и улыбаясь при виде их смущения, которое монах отлично изобразил на своем лице, -- отрадно видеть, что наш духовник так печется о нас и о других.
Арана, пораженный внезапным появлением королевы и ее придворной дамы, быстро возвратился на свой пост и принял надлежащую позу.
-- Следуй за нами, любезный, -- продолжала королева, ласково, -- мы хотим узнать, в чем состоит счастье солдата нашей гвардии и что он хочет просить у нас. Представь себе, -- обратилась Изабелла к бледному Аране, все еще стоявшему перед ней, вытянувшись во фронт, -- что ты, увидев королеву в этом парке, ослушавшись приказа, бросился бы перед ней на колени -- в чем состояла бы твоя просьба?
-- Этого нельзя так скоро решить, ваше величество, -- ответил Арана, -- ваше внезапное появление лишило меня смелости. Мне кажется, что я не мог бы теперь произнести ни одного слова, не только потому, что они все вылетели из головы, но и...
Гвардеец остановился, глядя на улыбавшуюся маркизу и стоявшего возле нее Кларета, Изабелла выслушала бесхитростные слова солдата и приказала ему следовать за собой.
Арана колебался, не осмеливаясь оставить пост.
-- Королева приказывает -- может быть, это избавит тебя от наказания. Кто твой ближайший начальник?
-- Лейтенант Рамиро, ваше величество!