-- Знаешь ли ты своих врагов и их могущество? Знаешь ли ты союзников, которых дала им природа? Знаешь ли ты самум пустыни, черную смерть и местные опасности Бедра? Ты идешь навстречу ужасам, Сади, и я боюсь за твою жизнь, но да поможет тебе твое мужество! Ты имеешь могущественную противницу в далекой стране. Знаешь ли ты Кровавую Невесту? Слышал ли ты что-нибудь о ней?
-- Я слышал только то, что она дочь эмира племени Бени-Кавасов, светлейшая принцесса!
-- Кровавой Невесте едва только исполнилось шестнадцать лет, но берегись ее, Сади! Она смертельно ненавидит каждого турка, каждого солдата падишаха и до тех пор не успокоится, пока не увидит его плавающим в собственной крови, -- продолжала принцесса, а Сади жадно прислушивался к ее словам.
-- Солия, так зовут Кровавую Невесту, увлечена неутолимой жаждой мести! Некоторое время тому назад она была обещана в жены одному юноше из бедуинского племени Эц-Цайядин, известному своей редкой храбростью и умом. Не довольствуясь кровавыми лаврами, приобретенными на охоте за тиграми и пантерами, он вздумал получить их на поле битвы, как раз перед торжественными проводами обещанной ему невесты. Поэтому он напал с горсткой своих приверженцев и друзей на небольшой отряд турецких солдат, бывших в разъездах по стране в Бедре.
В одной из этих битв бедуин был ранен, попал в руки солдат и был казнен по приказу правителя Медины. Все просьбы за него были тщетны. Хитростью только удалось невесте достать отрубленную голову своего жениха. У головы этой и поклялась она страшно отомстить солдатам султана за преждевременную смерть своего возлюбленного. По совету отца, тронутого слезами дочери и ее клятвой мести, все племя Бени Кавасов восстало против владычества падишаха и приготовилось к бою.
Подобно Орлеанской деве, идет теперь Солия в битву, в которой она, вооруженная как мужчина, принимает большое участие. Целое племя доверило ей свои знамена, и ходит слух, будто она со знаменем впереди всех бросается на неприятельские отряды и мужественно сражается наряду с отцом и братьями, чтобы отомстить за смерть своего жениха. Вот какова Кровавая Невеста, Сади, -- заключила свой рассказ принцесса. -- Ты идешь против нее и ее преданных войск, у которых перед тобой большое преимущество: они знают свою гористую, бесплодную страну и везде имеют убежища, откуда могут нападать и стрелять по тебе и твоим солдатам!
-- Стоит ли идти против девушки! -- сказал Сади с презрительной улыбкой. -- Мне было бы приятнее, если бы во главе моих врагов в той далекой стране стоял паша, полководец!
-- За ней стоит сила, которую ты так же мало должен презирать, как и ее, Сади! Не из одного только племени эмира, ее отца, состоит ее войско, мне докладывают, что и родственные племена, ободренные успехами Кровавой Невесты, соединились с ним и что общие силы их составляют много тысяч воинов! Это значительная сила, Сади, много ли солдат намерен ты им противопоставить?
-- Это решено будет только на месте, но не думай, принцесса, что я боюсь с несколькими сотнями башибузуков выступить против арабов! Чем больше опасность, тем славнее победа!
-- Это твои слова! Я знаю твое мужество и потому говорю, если только возможно кому-нибудь победить и усмирить далекое племя, то это сделаешь ты! Я буду сопровождать тебя в твоем походе, Сади! Мои мысли и желания будут следовать за тобой всюду: при переезде через море, в походе через пустыню и на поле битвы! Да защитит тебя Аллах! Если ты вернешься победителем, в триумфе недостатка не будет! Изгнанником уезжаешь ты, славным победителем вернешься назад! Я сама тогда подам тебе венец героя и прикажу возложить на твою голову бунчук паши, и пусть толпа, исполненная восторга и удивления, созерцает вернувшегося победителя.