-- Какую добычу? -- спросил Гамид-кади.
-- Принца Юссуфа и адъютанта его Гассана, они хотели силой освободить Рецию, но в Чертогах Смерти попались мне в руки, тем не менее, дочь Альманзора, воспользовавшись суматохой, успела убежать!
-- Она опять найдется. Так принц Юссуф был там! -- с радостью вскричал кади. -- Это ему не пройдет даром!
-- Я только что сделал доклад султану и предоставил ему возможность вынести приговор, -- продолжал Мансур, -- он был страшно взбешен, тем более, что преследовал относительно принца известные тебе планы. Само собой разумеется, я дал ему понять, что подобные приключения могут дурно отозваться на принятом нами решении.
-- Так, так, брат мой, теперь нельзя более обвинять тебя в проволочке, -- сказал кади, лукаво прищурив глаза, -- все к лучшему! Знаешь ли, зачем я сюда явился?
-- Получить теперь вдвойне важную копию с того старинного документа, где говорится о сокровищах калифов? Я принес ее, брат мой, вот она, -- ответил Мансур и подал своему сообщнику аккуратно спрятанный в кожаном бумажнике документ. -- Разбери его вместе с ученым Али и подай нам надежду, что богатства наши еще увеличатся!
-- Будь спокоен! С этого же дня мы вместе с Али примемся за разбор древнего документа, -- сказал Гамид-кади, пряча бумажник в карман своего сюртука, -- что будет дальше, решим на совете. К ночи увидимся в развалинах, а пока прощай!
Кади ушел, а Шейх-уль-Ислам отправился в комнату пророчицы.
Сирра по обыкновению сидела на похожем на трон возвышении возле спускавшегося с потолка ковра. Длинная, широкая одежда по-прежнему скрывала ее безобразную фигуру. Лицо ее было закутано покрывалом, видны были одни глаза.
Она не шевельнулась, когда вошел Мансур-эфенди. Она сидела спокойно и невозмутимо, как ни в чем не бывало, в ожидании посетителей, ежедневно приходивших спрашивать ее или просто дивиться чуду.