-- Я предлагаю пригласить в одно и то же место наших дам, и тогда спор наш решится, -- сказал маркиз.
-- Согласен! -- вскричал маршал.
-- Один вопрос, маркиз, -- сказал герцог, обращаясь к французу. -- Где вы думаете устроить это свидание?
-- Сегодня вечером в опере! Что скажете вы о моем предложении?
-- Я думаю, что оно вполне выполнимо, -- ответил герцог. -- Сейчас скоро восемь часов, двух часов будет, я думаю, достаточно, чтобы все устроить.
Впрочем, в душе герцог был не вполне спокоен, так как он был в несколько натянутых отношениях со своей дамой.
Он уже давно раскаивался, что отказал ей в ее оригинальной просьбе, и велел уже принести бумагу под номером семьсот тринадцать, чтобы рассмотреть ее и обдумать, нельзя ли будет пожертвовать ею для заключения мира.
Обед уже кончился, и маршал Грант, не теряя времени, встал из-за стола, чтобы написать записку своей даме, прося ее приехать в оперу.
Его соперники последовали его примеру, причем герцог в своей записке выразил желание исполнить просьбу своей дамы касательно одной известной бумаги.
Послав записки, все трое успокоились, вполне уверенные каждый в своей победе.