Передав грека кавассам, Сади вернулся домой и там скоро забыл обо всем случившемся под впечатлением радостного известия о том, что Реции лучше и что появилась надежда на выздоровление.
Между тем кавассы вывели Лаццаро со станции железной дороги, тут их рвение стало уменьшаться.
-- Отведите меня к благородному Гуссейну-Авни-паше! -- сказал грек. -- Мне надо передать ему важное известие.
-- Тебе -- известие? Из-за тебя нам идти в сераскириат? -- вскричали кавассы. -- Ну нет, мы отведем тебя на ближнюю гауптвахту.
-- В таком случае я должен буду там повторить свое требование, и уверяю вас, что вам может порядком достаться, если из-за вас не удастся важное дело, в котором очень заинтересован Гуссейн-Авни-паша! -- сказал Лаццаро.
Кавассы вопросительно переглянулись, в словах грека могла быть правда, потому что зачем ему было требовать, чтобы его отвели в такое время к военному министру.
Тогда они решили выполнить его требование.
Было уже далеко за полночь, когда они пришли в сераскириат.
Здесь они узнали, что Гуссейн-Авни еще не вернулся, и вынуждены были остаться ждать его, что привело кавассов в сильное раздражение.
-- Идите спокойно и оставьте меня здесь, -- сказал им Лаццаро. -- Что вам еще надо? Чего вы ждете? Вы привели меня сюда, этого довольно. Кроме того, разве вы не знаете, что вам передал меня Сади-паша?