-- Да, я узнал его, -- сказал один кавасс.
-- Что вам от него ждать или бояться? -- насмешливо продолжал Лаццаро. -- Ведь он теперь в немилости и скоро совсем исчезнет со сцены. Вот каковы дела Сади-паши!
-- Он прав! -- согласились кавассы.
-- Его владычество скоро кончится, -- продолжал грек. -- И что вы знаете? Может быть, поднимая на пего руку, я действовал ради другого? -- сказал, подмигнув, Лаццаро. -- Может быть, мне было дано такое поручение?
Тогда, посовещавшись немного, кавассы решили последовать совету Лаццаро и уйти, оставив его, так как они решили, что, вероятно, сам Гуссейн-Авни дал греку поручение относительно Сади.
Едва кавассы ушли, как к Лаццаро подошел адъютант, спросив его, тот ли он грек, который требовал, чтобы его провели к министру.
-- Это я, и мое донесение очень важно! -- поспешно отвечал Лаццаро.
-- В таком случае следуй за мной, -- сказал адъютант и повел грека в ту часть дома, где находилась квартира Гуссейна-Авни-паши.
Военный министр только что вернулся из совета.
Войдя, Лаццаро упал на колени, отлично зная всемогущество министра.