Теперь ребенок был довольно далеко, и крик его не мешал их разговору.
-- Что нам теперь с ней делать?
-- Мы должны помочь ей, должны прежде всего отнести ее домой, -- отвечала Харрем, -- за дело, Туссум.
Старик исполнил желание сестры, и оба попробовали нести Рецию, но эта ноша оказалась не по силам престарелой Харрем; Туссум как можно тише и осторожнее взял безжизненную Рецию на руки и один отнес ее в свою хижину.
Харрем несла ребенка и фонарь.
Сторожевой домик был жалкой, ветхой деревянной хижиной, как и большинство домов в Константинополе, но зато состоял из нескольких комнат.
Добрая Харрем прежде всего позаботилась перенести Рецию, вовсе ей неизвестную, на свою постель. Чтобы успокоить ребенка, дала ему немного молока и уложила спать.
Теперь она могла сосредоточить все свое внимание на несчастной больной. Освежила ее рану, обмыла кровь и позаботилась о том, чтобы Реции было покойно. Туссум предоставил все заботы своей сострадательной сестре, а сам лег спать.
Рана вскоре, по-видимому, начала заживать, но больная все еще не приходила в сознание; страх и возбужденное состояние, которые пришлось пережить бедной Реции, вызвали горячку.
Много тяжелых дней и ночей принесла старой Харрем болезнь Реции. Целые недели провела больная в борьбе со смертью. Добрая старушка, кроме того, должна была еще заботиться и о ребенке, расцветавшем благодаря ее материнскому уходу.