Во внутренней части шалаша было устроено нечто вроде очага из камней, над которым висели куски мяса, приготовленные для копчения. Около очага были оставлены сабля и нож.
Но Лаццаро сильно мучила жажда, а он до сих пор еще не находил, чем утолить ее, по всей вероятности, если у Мансура и была вода, то он зарыл ее, но где? Выйдя из шалаша, грек заметил около него довольно большой камень и решил, что, вероятно, Мансур прячет под ним воду. Отодвинув камень, он начал рыть землю и, действительно, очень скоро открыл бочонок с водой, из которого и утолил жажду.
Между тем ночь уже наступила, и вышедшая луна светила так ярко, что свет ее проникал внутрь шалаша, куда лег Лаццаро, положив около себя заряженное ружье, в ожидании возвращения Мансура.
Ночь надвигалась, луна светила по-прежнему ярко. Вдруг тишина ночи была нарушена глухим, далеким ревом, угрожающе пронесшимся по пустыне.
Лаццаро узнал этот рев: это лев бродил по пустыне. Может быть, царь зверей нашел его след, и в нем проснулась жажда человеческой крови.
Рев повторился. Затем все стихло. Грек внимательно смотрел и слушал. Вдруг его испугал шум за шалашом, он стал внимательно прислушиваться, может быть, это Мансур возвращался с Другой стороны? Это было очень вероятно.
Лаццаро тихонько взял ружье, приготовившись к нападению.
Тогда он ясно расслышал, что кто-то приближается к хижине.
Наконец Лаццаро увидел посетителя! Холодный пот выступил у него на лбу, а волосы встали дыбом -- громадный лев приближался к шалашу.
Красивое животное слегка помахивало хвостом и, описывая круги, все ближе подкрадывалось к шалашу!