— Как, всего пятьдесят три рубля! — повторяла она непрерывно.
Так как нам не терпелось поскорее приняться за дело, то я сбегал за Сеней, и мы втроем перенесли мебель из комнаты тетушки в комнату Людмилы Ивановны.
Пока Боб раздобывал на дворе песок и размешивал раствор для замазки щелей, я и Сеня занялись устройством помоста, с которого удобно было бы белить потолки.
Технический ум Сени сразу пошел по верному пути. В качестве основы он использовал станок от швейной машины. Станок был на колесиках и его легко можно было передвигать в любом направлении. На станок мы взгромоздили старый сундук.
Тетушка была удивлена нашей изобретательностью, и почувствовав к нам симпатию, засыпала нас вопросами: кто мы, есть ли у нас родные, не очень ли мы слабосильные, чтобы заниматься таким делом, как наше?
На всякий случай мы сказали, что только что кончили строительные краткосрочные курсы, а живем в общежитии при одном заводе, адрес которого совершенно засекречен, так как это завод военный, и мы не имеем права открывать государственную тайну.
С большим чувством мы исполнили нашу „песню маляров“, Боб, стоя на швейносундучном помосте, изображал капельмейстера, потом приступили к расшивке трещин и щелей.
Через два часа мы покончили с этой работой и вымыли стены и потолок в комнате тетушки.
В половине десятого мы, наконец, удалились из квартиры Людмилы Ивановны.