Наша швейно-сундучная конструкция опять переехала в комнату тетушки, и работа пошла в три кисти.
Я не буду здесь описывать восторг тетушки, когда она увидела свою комнату в новом виде. Она сравнивала ее и с улыбкой младенца, и с утренней зарей, и даже с жилплощадью для ангелов!!! Ужасная чудачка!
Проникнувшись к нам доверием, тетушка отправилась к двоюродной сестре куда-то на Охту, оставив нас одних в квартире. На случай, если мы уйдем до ее прихода, она попросила закрыть квартиру и ключ отдать соседке на той же площадке.
Так как оказалось, что белить кухню никак нельзя (мы слишком переусердствовали с промывкой: и потолок, и стены были еще совсем сырые), то Боб предложил, не теряя времени, приступить к окраске окон и дверей. Ему не терпелось поскорее пустить в ход олифу.
Взгромоздившись на швейно-сундучный помост, Боб объявил, что сейчас состоится летучее производственное совещание.
— На повестке один вопрос, — сказал он, — а именно: в какой цвет красить двери?
— Конечно, в белый! — хором воскликнули мы с Сеней.
Боб поглядел на нас с сожалением:
— Крокодилы несчастные! У вас полное отсутствие художественной фантазии!