Как только все подобные работы были закончены, мы, вооружившись тряпками, смыли с пола следы побелочных работ. Мария Николаевна очень благодарила нас за эту услугу.
— Вечером приедет племянница и не узнает квартиры! — радовалась она.
За какой-нибудь час я и Сеня выкрасили панель на кухне, заодно и раковину и даже полку для посуды.
Но едва я провел в последний раз кистью по полке, как Тяпа прыгнул на плиту, а оттуда на полку. На свежей краске остались следы его лап!
Во избежание дальнейших вредительских действий котенка, его заточили в клетку для птиц, обнаруженную Сеней в кладовке. Наш пленник с горя свернулся клубком и заснул.
Боб, вооружившись настоящим гусиным пером, вырезанным бороздками, с наслаждением разделывал дверь „под дуб“. Он то отходил от нее и, прищурив глаза, застывал в созерцательной позе, то стремительно бросался к двери и проводил гусиным пером по свежему слою краски. Теперь его живописная деятельность была куда успешней, чем два дня тому назад.
— Крокодилы несчастные! Я же говорил вам, что все дело в гусиных перьях! — поминутно твердил Боб.
Но у меня с Сеней дело подвигалось не столь успешно.
Если вас, мои читатели, кто-нибудь будет убеждать, что нет ничего проще, чем оклеить комнату обоями, не верьте. Помните, что вас будут ждать суровые испытания.