— Это, наверное, они! — прошептал женский голос.
Луч света от электрического фонаря ударил мне в глаза.
— Слезайте, граждане! Приехали! — сказал другой женский голос.
Я узнал в одной из женщин храбрую милиционершу, которая во время блокады всегда стояла на Кировском проспекте и никуда не уходила во время обстрела.
— Они? — спросила милиционерша, освещая наши лица.
— Вроде они! У того тоже был мешок за спиной. Они туда и складывали…
— Она о лягушках… — успел шепнуть мне Боб.
— Нечего сговариваться! — сердито закричала гражданка в штатском.
— Мы больше не будем! — сказал Боб дрожащим голосом. — Мы в последний раз. Честное слово, не знали, что их нельзя брать. Уверяю вас…