— Это он о нас… — шепнул в это время Боб.
— Да, именно сердит, — продолжал Алексей Петрович. — Школьники похитили… — тут профессор вдруг закашлялся.
Боб судорожно стиснул мою руку.
— Замазка! Он о замазке!..
„Пришел на юбилей скандалить из-за кусочка замазки!“ Мой лоб покрылся капельками пота.
— Школьники похитили, — повторил, откашлявшись, профессор (я вцепился руками в скамейку), — похитили у географической науки… (что? что?) талантливого ученого….
Вздох облегчения, вырвавшийся из нашей груди, был так силен, что локоны на прическе сидящей перед нами кассирши из школьной столовой зашевелились как от порыва ветра.
— Я имею в виду вас, Людмила Ивановна, — профессор слегка поклонился ей. — Вот почему я так сердит на школьников…
В зале дружно засмеялись.
— А теперь я уступаю место своим юным соперникам, — закончил профессор и сел рядом с Людмилой Ивановной за красный стол.