IV.

Часы пробили полночь. Мрачно сидитъ Петръ Петровичъ передъ письменнымъ столомъ, на которомъ горѣли двѣ свѣчки въ высокихъ бронзовыхъ подсвѣчникахъ.

-- Такъ и есть... укралъ, укралъ, разбойникъ Филька. И печать фальшивую укралъ, бормоталъ Горбатовъ, съ отчаяніемъ и тревожно роясь въ разбросанныхъ передъ нимъ бумагахъ. Вотъ и учи этихъ хамовъ грамотѣ... Не умѣй онъ читать -- документы были-бъ цѣлы; а теперь... Попадись Филька сегодня, завтра я пропалъ...

Эти мысли были прорваны приходомъ объѣздчика Дзюбы.

-- Что нужно? спросилъ его Горбатовъ, завязывая кисти своего халата.

-- Пришелъ доложить, пане, что у обрыва разбилась лодка; море выбросило утопленниковъ на берегъ.

-- Бурлаковъ?