-- Та и розумна: книжки читае. Люди кажутъ, що вона розумниша за отца благочиннаго.
-- Наберется-жъ вона отъ мене еще бильше розума! Ни вона мини не по скусу... а женитись треба: що за хозяйство! А волы, батько, краше за нашихъ. Кинчайте дило, а я пиду ще разъ по загонамъ, да подивлюсь на воливъ.
Пока Гончаринъ, Шкарупа и Микитка осматривали хозяйство, я остался съ Машей.
-- Видѣли вы моего жениха? спросила меня Маша. Еслибъ мнѣ не было грустно до слезъ, я отъ души подѣялась бы надъ нимъ. И съ этакимъ человѣкомъ я должна провести всю свою жизнь! Но это невозможно! Въ этомъ случаѣ пусть отецъ мой не ожидаетъ отъ меня послушанія.
"Хотѣлъ, знаете, было урезонить ее, но что прикажете дѣлать съ этой бѣдовой дѣвушкой. Партія отличная: Микитка, хотя и молодъ, но хозяинъ какихъ мало! Поди-же съ ней!... Знаете, я старый воробей, сейчасъ смекнулъ въ чемъ дѣло -- и спрашиваю ее: "А что, Марья Ивановна, знаетъ ли вашъ учитель объ этомъ сватовствѣ?" Какъ вспомнилъ я объ учителѣ, она, знаете, такъ вся и занялась огнемъ. Попалъ значитъ.
-- Да, отвѣчала она, онъ все знаетъ, потому... потому что я уважаю его, даже болѣе... Не удивляйтесь, что я съ вами такъ откровенна. Я одна, безъ матери, безъ подруги; они -- меня, я -- ихъ не понимаю. Я равнодушна къ ихъ интересамъ... Одинъ лишь онъ меня понимаетъ. Съ нимъ я могу говорить откровенно обо всемъ. Теперь вы поймете, отчего я такъ несчастлива! А что отецъ мой заставитъ меня выйдти замужъ за этого идіота -- я это напередъ знаю.
На слѣдующее утро зашелъ ко мнѣ къ комнату Гончаринъ.
-- Бѣда, началъ онъ отрывисто, бѣда! Ни съ того, ни съ сего Маша моя точно сдурѣла. Прибѣжала ко мнѣ бѣлая какъ мѣлъ, да прямо въ ноги: ни за что, говоритъ, не выйду замужъ. Вотъ-те и дочь!
-- Да она молода еще, отвѣчалъ я, чтобы успокоите его.
-- Молодой-то она и должна выйдти замужъ. Я хочу, чтобы всѣ видѣли, какъ заискиваютъ дочь Гончарина, ни то, если она просидитъ еще въ дѣвкахъ, люди, пожалуй, подумаютъ, что я ужъ совсѣмъ обѣднѣлъ.