РАЗСКАЗ
Отправлялись мы, братцы, съ Митріемъ и Гаврюшкой на родину. По дорогѣ пришли въ городъ, откедова шелъ дилижанъ въ слѣдующій городишко.
-- А што, братцы, говоритъ Митрій, отправимся на своихъ, аль на дилижапѣ?
-- На улицѣ евтакія дѣла не порѣшишь -- не стать, говоритъ Гаврюшка; а зайдемъ въ питейную, што насупротивъ дилижанскаго депо, аль конторы, ну, а тамъ уже смекнемъ, какъ лучше...
-- Резонтъ. Коли ужо смекать, такъ смекать въ питейной: оно выходитъ благороднѣе, нежь на улицѣ, говоримъ мы.
Зашли въ питейную, сѣли -- значитъ -- сидимъ. Толконулъ я евтакъ Митрія подъ бокъ -- Митрій меня: значитъ съ меня начинаніе. Потребовалъ я штофъ, поднесли, поставили -- порѣшили; Митрій потребовалъ другой -- порѣшили; Гаврюшка третій -- тожъ порѣшили. Порѣшили мы, значитъ, братцы, евтакъ счетомъ три штофа.
-- А што, братцы, запросилъ я, смекнули?... На своихъ, аль на дилижанѣ?
-- Гдѣ ужо тамъ на своихъ, говоритъ Гаврюшка; уже такъ ножки попортили... Прокатимси, братцы, на дилижанѣ.
-- Звѣсно, на дилижанѣ будетъ повальготнѣе, заговорилъ Митрій -- и толконулъ меня подъ-бокъ, а я его.
-- Нѣ, шабашъ пить; душа и рюмки лишней неприметъ, говоритъ Митрій.