-- Ладно -- знаемъ! Пущай себѣ ѣдетъ: не въ первыя разъ у меня.
Агасья Ѳедосѣевна вышла.
-- Значитъ, енто таперьчи самъ князь Чичиклеевъ изволитъ жаловать ко мнѣ.... ну, не велика птица! и мы также-съ не изъ вчерашнихъ: пожили слава-те Богу, тожь маленечко на своемъ вѣку.... Да что мнѣ князь!... Ничего! проговорилъ пріосаниваясь и хвастая передъ братомъ Ефремомъ Спатаревъ, поглаживая свою бороду. Вотъ ето на прошлой недѣлѣ, продолжалъ онъ.-- князь изволилъ просить меня на стаканчикъ чаю. Я пошелъ.... Значитъ: чайку извольте откушать, а ихъ княжеской милости подавай денежки взаймы. Меня не проведешь: и я знаю господскій обиходъ. Покутимши, и растранжиримши деньжонки на разныхъ ахтеровъ, ахтерокъ, цыганокъ и комедіянщицъ, они и изволили пріѣхать къ намъ, чтобы подсѣсть поближе къ нашимъ карманамъ.... А что, братъ Ефремъ, какъ въ священномъ-то вашемъ писаніи сказано?... Тельцу поклоняются и....
-- И чреву угождаютъ! отвѣчалъ на распѣвъ, братъ Ефремъ.
-- Тэкъ-съ!
-- И покляются Веельзовулу....
-- Тэкъ-съ!... Нешто я кузнецъ, денежки кую? Коли голъ -- пущай работаетъ, а деньги не бери взаймы. Значитъ, все энта надуванція одна?
-- Все гота и магога! добавилъ Ефремъ. Въ притчѣ царя Соломона сказано: "Лучше мужъ въ безчестіи работай себѣ, нежели честь себѣ обложивъ и лишайся хлѣба".
-- Э-эхъ, не тебѣ-бъ енти слова сказывать. Вѣдь и ты, братъ Ефремъ, тунеядствуешь, не работаешь, еще другимъ глаза колишь!
-- Работаемъ, отцы мои, работаемъ! Молитвами нашими искупаемъ, спасаемъ души ваши многогрешныя....