-- Домой, -- говоритъ.
-- Что же, описываешь, какъ тебя ранили (онъ былъ раненъ легко) и какъ ты молодцомъ дрался?
-- Никакъ нѣтъ, пишу, что живъ и здоровъ, а то бы старики страховаться стали.
Вотъ оно -- величіе и деликатность простой русской души!
Въ томъ же Евангелическомъ госпиталѣ была слѣдующая трогательная сцена. Куропаткинъ обходилъ раненыхъ и раздавалъ георгіевскіе кресты. Получилъ и одинъ фельдфебель или унтеръ-офицеръ 34-го сѣвскаго полка. Разспросивъ, по обыкновенію, раненаго о дѣлѣ и похваливъ за него: "хорошо работали", Куропаткинъ своимъ громкимъ, покойнымъ голосомъ, передавая ему знакъ военнаго отличія, говоритъ:
-- Именемъ Государя Императора поздравляю тебя кавалеромъ.
-- Покорнѣйше благодарю, ваше высокопревосходительство!-- молодецки выкликаетъ раненый.
-- Теперь тебѣ всюду и всегда почетъ будетъ за этотъ крестъ. Постарайся его еще разъ заслужить, -- продолжаетъ Куропаткинъ и отходитъ.
-- Радъ стараться, ваше высокопревосходительство!-- громко раздается ему вслѣдъ.
Такъ обошелъ онъ весь баракъ и вышелъ. Я задержался за какими-то разспросами, когда меня остановилъ новый кавалеръ 34-го сѣвскаго полка и въ волненіи заговорилъ: