В это время в общую комнату уже входили охотники с гостями.
-- О Генри! Я думала, мы приехали к цивилизованным людям! -- капризно воскликнула госпожа Керризерс, окинув взглядом убогую обстановку хижины. -- Я умру в этой лачуге!
Муж вполголоса стал стыдить свою сумасбродную подругу; со своей стороны, и сестра, госпожа Дуглас, сделала ей резкий выговор за ее невежливость.
Мало-помалу все уладилось, и хозяева уселись вместе с проголодавшимися гостями за стол, уставленный старательной Нанни всем, что она только могла приготовить.
За обедом разговорились. Колонисты заявили гостям, что нечего и думать о переходе в это время года через горы. Придется поселиться здесь.
-- Но я умру в этой трущобе! -- капризничала Керризерс.
-- Не умрете, а поправитесь только, -- успокаивающе сказала миссис Мертон. -- Я сама была когда-то беспомощным, ни на что не годным созданием и только целыми днями валялась на диване. А теперь чувствую себя здоровой и стыжусь себя прежней!
Так и решили -- остаться по крайней мере до весны.
На следующий день энергичная миссис Дуглас уже была вся в хлопотах. Она давала советы, помогала девушкам и Нанни; велела принести случайно уцелевшую у них мукомолку, на которой и предложила молоть кукурузу, показала, как разнообразить стол, выложила свои припасы, между прочим, чай, сахар и шоколад, которые давно вышли у наших друзей; словом, старалась позаботиться обо всех.
Тем временем мужчины составляли план нового дома для поселения прибывших. У гостей оказались в повозках и инструменты, и гвозди, поэтому решили построить новое жилище в более значительных размерах, чем позволяли раньше средства. Входная дверь должна была вести в зал и вместе столовую, по бокам ее планировались, с одной стороны, дамская комната, с другой -- мужская. За этими комнатами -- спальни, а задней частью столовая должна была примыкать к кухне, царству Нанни и Джона.