Если припомнимъ, что большая часть изъ нашихъ Пиндаровъ были -- "лейбъ-гвардіи капралъ, ассесоръ, офицеръ, какой-нибудь подьячій, иль изъ кунсткамеры антикъ въ пыли ходячій, уродовъ стражъ -- народъ все нужный, должностной"; что, наконецъ, одописцы эти сочиняли оды не по вдохновенію, а ради награды перстенькомъ или дружества съ князькомъ,-- то, понятно, не станемъ удивляться печальной судьбѣ ихъ пѣснопѣній.
§ 44. Опредѣленіе сатиры. Сатира есть такое лирическое стихотвореніе, въ которомъ поэтъ или негодуетъ на пороки современниковъ, глубоко оскорбляющіе его нравственное чувство, или незлобивой насмѣшкой поражаетъ людскіе слабости и недостатки съ ихъ забавной стороны. Въ первомъ случаѣ сатира называется важной, серьезной, во второмъ -- легкой, шуточной.
Что, однако-жъ, даетъ право сатирику бичевать общественные пороки? Во имя чего дѣлаетъ онъ это? Во имя разумнаго и нравственнаго идеала, который живетъ въ его сознаніи. Только идеальный смѣхъ и можетъ быть достойнымъ орудіемъ сатирика.
Первыхъ зародышей сатиры нужно искать въ древне-греческой поэзіи, въ ямбахъ {Шерръ говоритъ: "Поэтической формой сатиры былъ ямбъ, названіе котораго происходитъ отъ греческаго глагола, означающаго -- бросать, метать. Такъ этотъ стихъ названъ потому, что въ немъ насмѣшка и порицаніе какъ будто бросались въ того, кто служилъ предметомъ сатиры".} Архилоха и Симонида {Объ Архилохѣ сохранилось преданіе, что онъ былъ виновникомъ смерти нѣкоего Ликамба и его дочери Необулы, доведя ихъ до самоубійства своими безпощадно-язвительными насмѣшками. Симонидъ извѣстенъ желчными и остроумными ямбами на женщинъ.} (оба жили въ VII в. до Р. Хр.). Но сатира у грековъ никогда не была самостоятельнымъ литературнымъ видомъ, какъ это случилось впослѣдствіи у римляпъ, которые могли съ полнымъ правомъ сказать о себѣ словами Квинтиліана "satira omnis nostra est" (т. e. "вся сатира -- наша"). Начатки римской сатиры -- фесценнины (versus Fescennini) и тріумфальныя пѣсни (carmina triumphalia). Фесценнипами назывались стихотворныя насмѣшки, которыми италійскіе поселяне любили пересмѣивать другъ друга во время отдыха, наступавшаго за уборкой жатвы и сборомъ винограда; carmina triumphalia -- хвалебныя и вмѣстѣ пасквильныя пѣсни; ихъ распѣвали солдаты за тріумфальной колесницей полководца.
Основателемъ римской сатиры {Слово сатира (въ буквальномъ переводѣ съ лат. яз.-- смѣсь) обыкновенно производятъ отъ названія одного римскаго блюда (satura), которое приготовлялось изъ всякой всячины, на подобіе теперешняго винограда.}, какъ особеннаго литературнаго вида, былъ Луцилій (180 г., до Р. Хр.). Онъ первый далъ ей форму гекзаметра и ввелъ въ нее самое разнообразное содержаніе, самую безцеремонную шутку надъ лицами и явленіями современной ему жизни. Его преемниками и продолжателями были Горацій, Персіи и Ювеналъ.
Сатиры Горація (род. въ 65 г., до Р. Хр.) отличаются рѣдкимъ изяществомъ формы, звучнымъ стихомъ, незлобивымъ юморомъ и трезвымъ содержаніемъ морали. Лучшая характеристика сатирическаго направленія Горація заключается въ этихъ словахъ его: "Ridendo verum dico (= смѣясь, я высказываю правду),
Персій (род. въ 34 г. по Р. Хр.) -- сатирикъ мрачный и скорбный. Слабая сторона его произведеній -- изысканность и темнота слога.
Разгадка озлобленной и бѣшеной сатиры Ювенала (род. около 47 г. но Р. Хр.) заключается въ собственномъ признаніи поэта: Si natura negat, facit indignatio versus" (= если у меня нѣтъ природнаго таланта, то стихи родитъ негодованіе). А въ поводахъ къ негодованію онъ не имѣлъ недостатка, живя въ эпоху чудовищнаго деспотизма Клавдія, Нерона и Домиціана, когда, не рискуя жизнью, нельзя было обмолвиться правдой даже о лѣтнихъ жарахъ, дождливой погодѣ или ненастной веснѣ.
Въ нашей литературѣ первымъ по времени сатирикомъ явился Кантемиръ (+ 1744 г.), авторъ девяти сатиръ, написанныхъ 13-ти сложнымъ силлабическимъ стихомъ. За нимъ слѣдовали -- Сумароковъ, Нахимовъ, Дмитріевъ, Вяземскій, Лермонтовъ ("Дума"), Некрасовъ и друг.
Примѣчаніе. Со времени Гоголя въ русской литературѣ начинаетъ первенствовать сатирическое, обличительное направленіе, которое, однако-жъ, нельзя смѣшивать съ сатирой, какъ особеннымъ видомъ лирическихъ стихотвореній.