Государственный подход к делу стал в народе законом жизни, вошел в плоть и кровь партийных руководителей, и в том и была их сила, что исходили они в своих решениях из интересов государства.
Ватутин ощущал, как положение Н. С. Хрущева, одного из руководителей партии, придает его решениям и действиям государственную широту и уверенность и как глубоко проникнуты они чувством ответственности за народ, за государство.
И, воспринимая этот государственный подход, Ватутин продолжал проходить ту партийную школу, школу государственности, идеи которой Н. С. Хрущев, представитель партии и государства, осуществлял па фронте. Постигая силу партийного, государственного руководства, Ватутин не возвеличивал своих доблестей и таланта, заслуг своего фронта, а находил удовлетворение в признании их партией, ее Центральным Комитетом. Вместе с этим к Ватутину, молодому генералу, приходили качества государственного деятеля, те качества, без которых генерал не может успешно руководить войсковыми массами в современной войне.
Ватутин стремился всегда уяснить себе, чего требует от него Ставка, и с чувством величайшей ответственности выполнял эти требования.
* * *
Важнейшую роль в подготовке войск к сражению играл Н. С. Хрущев как руководитель большой, мощной организации коммунистов Воронежского фронта.
Каждая фронтовая операция всесторонне обеспечивалась партийно-политической работой, и не было такого плана политического обеспечения, над которым подолгу не склонялись бы утверждавшие его Н. С. Хрущев и Н. Ф. Ватутин.
Рассматривая и решая под руководством товарища Хрущева партийные вопросы, Ватутин воспитывался, рос как генерал — политический деятель, и это усиливало роль командующего фронтом.
Для Ватутина утверждение плана политического обеспечения операции, подготовленного Политическим управлением фронта, было не формальным исполнением обязанности. Он видел в работе фронтовых политорганов конкретное воплощение руководящей роли партии и поэтому придавал важнейшее значение плану партийно-политической работы. На Военном Совете обсуждались все разделы плана до мельчайших деталей, партийная работа органически связывалась с боевыми действиями войск.
Ватутин видел прежде всего живые силы коммунистов и комсомольцев, которых насчитывалось на Воронежском фронте не тысячи, даже не десятки, а сотни тысяч человек. И он ясно представлял себе, что значит, когда сотни тысяч самых смелых, самых преданных народу воинов по приказу командиров, по его, командующего фронтом, приказу первыми поднимутся в бой, увлекая за собой солдатские массы.