Ватутин отдал приказ войскам форсировать Днепр с ходу.
Он хорошо знал способность наших войск совершать то, что кажется невозможным. Учитывалось и то, что тяжелые переправочные средства могут быть подвезены, а мосты построены вскоре же после форсирования.
Характерно, что в это время Манштейн отдал приказ своей разведывательной авиации обнаружить, где следуют переправочные средства 1-го Украинского фронта. Противник искал их глубоко в тылу, на отдаленных от войск железнодорожных станциях, полагая, что без понтонных парков советские войска не смогут форсировать Днепр.
Но советскому генералу Ватутину было известно Другое.
Сражаясь на Северо-Западном фронте, Ватутин видел тысячи и тысячи рабочих, колхозников, служащих, строивших оборонительные рубежи для войск фронта. Его штаб с самого начала войны получал поддержку от партизанских отрядов, действовавших в тылу врага на территориях Ленинградской, Псковской областей, в лесах Белоруссии. Тысячи и тысячи советских людей поднимались в зимнюю вьюгу из казачьих станиц на Дону, чтобы расчистить пути войскам Ватутина, шедшим на разгром полчищ Манштейна.
Сейчас, ведя свои войска к Днепру, Ватутин знал, что их ждут там отряды украинских партизан.
Коммунистическая партия, организовавшая массы советских людей на борьбу в тылу врага, мудро и целенаправленно вела их на помощь Советской Армии.
Еще в 1942 году, в дни тяжелых боев в Сталинграде, в Новороссийске, у Моздока и Ржева, руководители партии, организаторы партизанской борьбы, думали о том, что на Украине и в Белоруссии нужна будет нашим войскам помощь партизан.
Весь мир замер тогда, ожидая, чем кончатся тяжелые бои под Москвой и на Кавказе, каков будет результат великой битвы на Дону и на Волге.
В это время командиров партизанских отрядов вызвали в Кремль на совещание с руководителями партии и правительства, и там было решено еще шире развернуть партизанскую борьбу и укрепить партизанские базы в Приднепровье.