И только тут стало мне ясно и понятно все, что лишь приблизительно угадывалось мной тогда, в Ченске, в его лаборатории.
Я узнал, как Думчев исчез в день своего венчания. Было так. Думчев уже собирался выйти из своей лаборатории. Он отхлебнул глоток чаю. Рука его, потянувшаяся с чайной ложечкой к сахару, попала случайно в порошок, уменьшающий рост. Думчев проглотил порошок. Он стал быстро уменьшаться. Потерял голову от неожиданности.
Но крупинки! «Только в них спасение!» спохватился он.
Но было поздно. Он все уменьшался. Метнулся к крупинкам, восстанавливающим рост. Тянулся к ним, тянулся и опрокидывал все на столе. Голова шла кругом. Напрасно. Он не увидел крупинок. Вот что значит опешить!
И чтобы позвать на помощь, он, выпутавшись из своей одежды, метнулся к открытому окну, вскарабкался на подоконник, хотел крикнуть, позвать людей…
Но тщетно. Уменьшение совершилось так быстро, что голос его уже не был слышен. Пролетающая птица, сорокопут, увидев бегающее по подоконнику живое существо, унесла его. Сорокопут, как известно, приносит своим птенцам живых червяков и гусениц. Эта птица берет и несет добычу так бережно, что не причиняет ей никакого вреда. Думчев пролетел в клюве сорокопута низко-низко над городом. Может быть, над самым крыльцом дома невесты!
Но в ту минуту, когда сорокопут опустился на куст у своего гнезда и раскрытые рты птенцов потянулись за пищей, Думчев выскользнул, из раскрывшегося клюва сорокопута, спрятался, а затем спустился на землю.
Так началась жизнь Думчева в Стране Дремучих Трав.
Шумел, грохотал поток, иногда заглушая голос Думчева.
Я думал: где-то на том берегу вторая спасительная пилюля! Мы ее найдем! Мы вместе вернемся к людям!