Думчев прервал меня:
— Вы дитя, что ли? Не на окраску смотрите, а следите за полетом. Видите, она отдыхает. Сидит, но к полету готова. Она держит крылья в горизонтальном положении. Готова всегда… Итак, в полет! — крикнул Думчев.
Развязав узлы канатов, он толкнул стрекозу своим кинжалом. Она взлетела. Это был не полет. Это была головокружительная, но вместе с тем грациозная игра в воздухе.
— А ловкость, ловкость-то какова! А мощность! Теперь — глядите! — воскликнул Думчев.
Действительно, было чем восторгаться. Стрекоза, преследуя какую-то добычу, перевернулась на миг спинкой вниз. Затем резко выровнялась, последовал поворот за поворотом, и она схватила добычу.
— Сергей Сергеевич, — начал я, — все это преинтересно…
Я хотел рассказать о великих достижениях наших советских конструкторов и летчиков, но Думчев не дал мне сказать ни слова.
— Пусть же люди учатся построению своих летательных машин у стрекоз, — назидательно заявил он.
Мы снова поднимались на какой-то холм.
— Видите? — спросил Думчев и остановился на самой вершине холма.