Мольер вытаращил на нее глаза и пожал плечами.
-- Ну уж этого, мадемуазель, я вовсе не ожидал. Конечно, я говорил себе, что госпожа Нинон -- великолепная актриса и неохотно сбрасывает с себя маску, но тем не менее я полагал, что она настолько умна, что не станет отказываться от личной выгоды!
Он вынул хорошенький кожаный футляр из кармана, положил его на стол, отошел немного, сделал необыкновенно глубокий, учтивый и вместе с тем комический поклон и направился к двери.
-- Это еще что значит? Оставайтесь, милостивый государь! Вы, кажется, вздумали прибавить новое оскорбление к прежним? Возьмите свои подарки обратно. Нинон де Ланкло никогда еще не брала взяток!
-- Знаю, сударыня, но Нинон де Ланкло любит, если у нее оставляют что-нибудь на память. Я ни за что не возьму этой вещи назад.
-- Так смотрите, что я с нею сделаю, -- бешено воскликнула Нинон и, схватив футляр, хотела швырнуть его в пылающий камин.
Мольер удержал ее руки и спокойно отнял футляр.
-- Вещь слишком ценна, чтобы ее бросить в огонь, -- сказал он, -- а я не хочу отправляться в Бастилию. Взгляните по крайней мере, от чего вы отказываетесь.
Он открыл футляр. Сверкающий свет бриллиантов блеснул оттуда. Затем футляр щелкнул и исчез в кармане Мольера.
-- Вероятно, найдутся люди, -- продолжал актер, -- которые не будут напускать на себя ложной щепетильности и не побрезгуют таким подарком! Прощайте!