Анна отправилась в Сен-Клу, не имея ни малейшего подозрения о злобных замыслах герцога. С ней поехали Лавальер, леди Мертон и секретарь Лафонтен. Герцогиня была слишком уверена в своем могуществе, чтобы опасаться каких-нибудь неприятных действий со стороны своего супруга. Кроме того, Анна уговорилась с королем, что два раза в неделю она и Лавальер будут иметь с ним свидание в замке Марли, а если какое-нибудь непредвиденное обстоятельство помешает дамам явиться в условленный день, то его величество должен сам прийти в тот же день вечером в павильон, находящийся в парке Сен-Клу. Однако с первой минуты приезда герцогиню неприятно поразили два обстоятельства: во-первых, к ней никто не вышел навстречу -- ни сам герцог, ни один из кавалеров из свиты; во-вторых, двор и парк были наполнены солдатами, так что замок казался цитаделью, в которой содержался какой-нибудь важный преступник. Войдя в свой салон, она была крайне удивлена, увидев там Филиппа и его кавалеров. Герцог Орлеанский не потрудился даже встать, чтобы приветствовать свою супругу.
-- Благодарю вас за любезную встречу, -- холодно сказала Анна, -- я очень устала после дороги и потому прошу извинения, что не могу провести сегодняшний вечер в вашем обществе.
-- Ах, как это противоречит моим желаниям! Мне так хотелось поговорить с вами. Но надеюсь, вы не настолько утомлены, чтобы не подарить мне какого-нибудь часа. Дамы, оставьте нас.
Анна вспыхнула:
-- Я полагаю, что право отпускать моих дам принадлежит только мне одной! Во всяком случае они не уйдут отсюда раньше ваших кавалеров!
-- В таком случае прошу вас уйти.
Придворные вышли из комнаты. Дамы -- в величайшем смущении, кавалеры -- с насмешливыми улыбками. Анна села в кресло.
-- Что вам угодно от меня?
-- Я ничего не желаю от вас, мадам, я хочу судить вас и имею на это право, как муж и как дворянин, которому вы нанесли самое тяжкое оскорбление!..
-- Ваши слова были бы смешны, месье, если бы не были так жалки!