-- Грубость вашего ответа может быть извинена только откровенностью, с какою он сделан... Вы ревнуете герцогиню, это открытие почти оправдывает в наших глазах ваши невежливые выходки. Чтобы успокоить вас, мы не будем более скрывать наших чувств к девице Лавальер, но взамен этой жертвы мы приказываем вам прекратить ваш позорный образ жизни и оказывать вашей супруге величайшее внимание, предупредительность, быть рабом всех ее желаний и стараться снискать вновь ее расположение.
-- Никто не имеет права контролировать мои поступки! Я такой же сын короля, как и вы, сир, и не намерен жить по вашей программе!
-- А, так вот как ты ценишь нашу доброту! -- вспылил король. -- Хорошо, ты увидишь, можем ли мы контролировать твои действия. Слушай же наше последнее слово! Если ты ослушаешься наших приказаний, то мы, нашей королевской властью, расторгнем твой союз с Анной Стюарт и отнимем у тебя герцогство Орлеанское. Если и эти меры не образумят тебя, то тогда королева-мать расскажет тебе, как мы поступаем с лишними братьями!
Король взял под руку герцогиню и вышел в соседнюю комнату, где его ожидала вся свита. Филипп следовал за ним совершенно уничтоженный.
-- Мы узнали сию минуту весьма неприятное известие, -- сказал король, -- что наше расположение к девице Лавальер возбуждает самое превратное толкование. Во избежание этого на будущее время мы публично объявляем, что любим девицу Лавальер, возводим ее в герцогское достоинство и делаем ее госпожой. До нашего переезда в Версаль, -- обратился он к герцогине, -- мы желаем, чтобы она была под вашим покровительством в Сен-Клу. До свидания, любезный брат, надеемся, что теперь все недоразумения между нами устранены!
Через несколько минут король и вся его свита уже были далеко.
В прелестном загородном домике, окруженном тенистым садом, Мольер упивался блаженством своего медового месяца. Его заветное желание было наконец исполнено -- он женился на страстно любимой Арманде. Все улыбались теперь счастливому поэту: король осыпал его своими милостями, слава его гремела, деньги лились на него как золотой дождь. На лето Мольер освободился от всех театральных занятий. Пользуясь полной свободой, он начал писать свое величайшее творение -- "Тартюф", в котором хотел выставить ханжество и лицемерие патеров и, между прочим, поместить сцену, разыгравшуюся в доме Лонгевилей. Арманда уехала на неделю в Париж, а Мольер, ожидая с нетерпением ее возвращения, усердно работал. Вдруг он получает письмо, которое, как ураган, налетело на его мирное жилище и поселило в нем страшный хаос и смятение.
Письмо было следующего содержания:
"Любезный Сганарель!
С особенным удовольствием извещаю вас, что мои ухаживания, упорно отклоняемые Армандой Бежар, увенчались самым полным успехом у Арманды Мольер. В доказательство прилагаю вам записку вашей очаровательной супруги".