-- Слушай, Лорен, я никогда не отличался ни рассудительностью, ни настойчивостью в исполнении моих планов, но теперь я во что бы то ни стало исполню свое намерение -- моя жена должна умереть!
-- Именно теперь-то этого и нельзя сделать!
-- Почему?
-- Потому что при настоящих обстоятельствах подозрение в ее смерти непременно падет на вас. Прежде чем предпринимать что-либо, вам нужно примириться с королем, а это может случиться не раньше, как через несколько месяцев. К тому времени ваш пыл совершенно остынет!
-- Моя ненависть к герцогине будет продолжаться вечно!
-- Вы всегда так говорите! А потом я же остаюсь виноват.
-- Если ты не веришь моим словам, то я готов дать тебе письменное приказание!
Филипп быстро вскочил с постели, схватил лист бумаги и написал, что приказывает Лорену погубить герцогиню Орлеанскую каким бы то ни было способом.
Лорен только и ждал подобного документа. Теперь Филипп был в его руках, и он мог безвозвратно погубить его этим ничтожным листком бумаги.
В Париже жил в это время некто Гаржу, состоявший в качестве комика в труппе Бурзольта, но вместе с тем занимавшийся аптекарством.