-- Мы полагали, что со смертью вашей благородной матери семья ваша состоит только из вас одних, граф.
-- К несчастью, я теперь единственный Марсан. Но есть еще некто, причисленный к нашей семье, я люблю его, как родного брата, и он был очень дорог моей бедной матери. В настоящее время у меня нет друга дороже его!
-- Готов поклясться, что знаю, кто он, -- вмешался герцог де Гиш.
-- Кажется, и мне нетрудно угадать его имя! -- заметила королева.
-- Нет, государыня, уста вашего величества не должны произносить его имя! Да и к чему имя -- если и так известно, кто он!..
-- Но, полагаю, можно по крайней мере спросить: не из Лотарингии ли письмо?
-- Из Нанси. От иезуитов.
Королева с довольным видом наклонила голову.
-- Прочтите, что он пишет. Думаю, что в наших с вами письмах проводится одна и та же мысль.
-- Не лучше ли коротко и смело выразить эту мысль словами? -- шепнул де Гиш. -- Может статься, что она одна занимает теперь всех нас.