Иоанна побледнела. Однако в эту решительную минуту она не потеряла своего хладнокровия и энергии.
-- Я поверила бы тебе, Леопольд, будь она кем угодно. Ты был бы виновнее Буссо и совершенно негодным человеком, если б обманывал меня, потому что твое бесчестье меня бы убило. Я сделаю все возможное, не хочу, чтобы счастье твое погибло из-за клятвы, данной этой женщине!
-- Да наградит тебя Бог за это! У тебя не будет случая обвинить меня перед Богом в чем бы то ни было! -- Он выбежал во двор, вскочил на лошадь, приказал Николасу взять у смотрителя ключи Шниттерсгофа и помчался вперед через реплинские ворота. Через несколько минут молодой Юмниц догнал его. Он сообщил Леопольду, что вчера вечером еще до солнечного захода и до возвращения его людей с работы, Сара приехала в Инагоф на своем Гарапоне, в обычном костюме Десдихады, и что он поместил ее без шума в доме, распорядившись так, чтобы никто не мог ее видеть. Несколько успокоенный Леопольд поехал с ним дальше.
Но судьба решила, что поездка его не останется незамеченной. За Реплином кремцовская дорога разветвляется на две части: восточная ведет вдоль большой Ины в Инагоф, западная -- в Блумберг. Проехали деревню; случай заставил их встретиться с Гассо и Гертрудой, которые в сопровождении двух слуг верхом возвращались из Блумберга в Кремцов.
-- Куда это, Леопольд? -- закричал ему старший брат. -- Ты мчишься, как будто горит где-нибудь.
-- Дела! Не задерживай меня! -- ответил тот. -- Я приеду домой, как только это будет возможно! -- Он промчался мимо, и Николас за ним.
Гассо пристально посмотрел ему вослед, потом взглянул на Гертруду.
-- Что за обращение! Какая дикость и какой ужас были написаны на его лице! Тут что-то случилось!
-- В Кремцове, ты думаешь, он объяснился, наконец, с Анной и она ему опять отказала?
-- Если бы это было так, тогда бы мы встретили Анну с твоей матерью, а не Леопольда. Он выглядел как олицетворенная нечистая совесть, гонимая нечистым духом.