Сидонии наложили тиски на большой палец, и она завопила. Винт несколько ослабили.
-- Кого ты видела и слышала у Ирены?
Сидония молчала. По знаку герцога палач повернул винт.
-- "Черного" я видела, "черного"! "Черный" говорил со мною! -- кричала страдалица.
-- Черного? Сатану?
-- Ой, ой! -- голосила несчастная. -- Хоть самого черта, только не мучьте вы меня! Я во всем сознаюсь!
Сидония показала, что, через посредство Нины, она познакомилась в монастыре с Анной Швейгер и Сусанной Тейбнер, уговорив последнюю добыть яду у одного уличного лекаря и затем бросить отраву в чашу герцога.
Когда Сидония созналась в этом, тогда пытками довели ее, наконец, до того, что только безумец может возводить на себя, и в виду страшных, сделанных ею показаний, суд отказался от всех обвинений, которые почему-либо не нравились двору.
Оставив в стороне дело об отравлении, остановились на том, что Сидония Борк при помощи дьявольской лести и любовных ухищрений сумела околдовать герцога Эрнста Людвига, и что вследствие злодеяний ее герцог пришел к безумию и смерти.
На основании этого Сидонию присудили к сожжению на костре.