Когда онъ затѣмъ переѣзжаетъ изъ страны въ страну, то его личное горе постепенно стушевывается при видѣ огромныхъ развалинъ Рима, и онъ, подобно Сульпицію Шатобріана (Мученики), чувствуетъ все ничтожество своего рока въ сравненіи съ рокомъ, стершимъ съ лица земли города Греціи.
О Римъ родной! Друзья страданья
Пускай къ тебѣ теперь придутъ:
Ничтожно горе наше тутъ.
Что наша скорби и рыданья? *)
Здѣсь вставила
Мегара прямо предо мной,
А сзади -- новая картина --
Лежали: древняя Эгива,
Парей, Коринѳъ... Влекомъ волной,