(На оборотѣ фотографіи).
Майскому солнцу въ сентябрьской жизни въ Тиролѣ.
27. 9. 89. Генрикъ Ибсенъ.
III.
Мюнхенъ, Максимильшстрассе, 32, 7.
Октябрь, 1889 г.
Отъ всего моего сердца благодарю Васъ, неоцѣненная г-жа Бардахъ, за Ваше крайне любимое и милое письмо, которое я получилъ въ предпослѣдній день моего пребыванія въ Госсензасѣ и которое я много разъ перечитывалъ. Мѣсто нашего лѣтняго пребыванія выглядѣло въ послѣднюю недѣлю печально или во всякомъ случаѣ такъ оно мнѣ представлялось. Не было больше солнца. Оно совсѣмъ исчезло. Нѣкоторые оставшіеся гости никоимъ образомъ не могли, конечно, представить для меня замѣну прелестной, короткой лѣтней жизни. Я ежедневно ходилъ гулять въ Перлергталь. Тамъ, у дороги есть скамья, на которой, разумѣется въ обществѣ, можно бы вести полный настроенія разговоръ. Но скамья была пуста и я, не присѣвъ шелъ иимо нея.
Въ большомъ залѣ. мнѣ казалось, было также пусто и безотрадно. Гости, семья Перейра и профессоръ съ женой показывались только передъ ѣдой.
Цвѣты и деревья, которые пахли такъ опьяняюще, все еще тамъ стояли. Но впрочемъ -- какъ пусто, -- какъ одиноко, -- какъ сиротливо!
Но теперь мы опять дома, Вы также въ Вѣнѣ. Вы пишете, что теперь Вы чувствуете себя увѣреннѣе, свободнѣе, счастливѣе. Какъ я обрадовался этимъ словамъ! Больше я ничего не скажу.