Надѣюсь, что это письмо застанетъ еще Васъ въ Альтъаусзе. Да будетъ для Васъ пребываніе тамъ благодѣтельно.
Моя жена и сынъ въ настоящее время въ Ривѣ и останутся тамъ, вѣроятно, до середины октября, а, можетъ быть, и дольше. И такъ, я живу здѣсь одинъ и не могу отсюда уѣхать. Но объемистая драма которою я сейчасъ занятъ, будетъ, насколько я могу предвидѣть, готова только въ октябрѣ, хотя я ежедневно и по цѣлымъ днямъ сижу за письменнымъ столомъ. Кланяйтесь, пожалуйста, Вашей уважаемой матушкѣ, а сами примите съ дружескимъ расположеніемъ тысячу сердечныхъ привѣтствій отъ неизмѣнно Вамъ преданнаго.
Генрика Ибсена.
XIII.
Мюнхенъ, 30-го декабря 1890 г.
Ваше милое письмо я получилъ. А также и колокольчикъ съ красивой картинкой. Я Вамъ благодаренъ отъ всего сердца. Моя жена находитъ, что картина хорошо нарисована. Но я прошу Васъ: не пишите пока больше ко мнѣ.
Когда обстоятельства измѣнятся, я Вамъ сообщу. Я Вамъ скоро пошлю мою новую драму. Примите ее дружески, но молча.
Какъ хотѣлъ бы я Васъ снова увидѣть, говорить съ Вами. Счастливаго новаго года Вамъ и Вашей матушкѣ желаетъ неизмѣнно Вамъ преданный
Генрикъ Ибсенъ.
Замѣчаніе. Фрёкень Бардахъ на это письмо не отвѣтила. Только 7 лѣтъ спустя она ему телеграфировала, поздравляя съ 70-ти лѣтнимъ днемъ рожденія. Въ отвѣтъ она получила его фотографій и слѣдующія строки.