Въ другомъ видѣ и гораздо худшемъ взятъ Бьернсонъ моделью въ "Союзѣ молодежи". Многія черты его характера перешли къ фразеру и карьеристу Штейнегору, котораго опьяняютъ рукоплесканія. Мы находимъ сатиру на молодого Бьернсона въ слѣдующихъ выраженіяхъ: "Будь вѣренъ и справедливъ. Да, я буду. Развѣ не неоцѣненное счастье умѣть привлекать къ себѣ массы? Не должно-ли стать хорошимъ и добрымъ уже изъ-за одного чувства благодарности? И какъ же послѣ того не любить человѣчество? Мнѣ кажется я могъ бы заключить въ мои объятія всѣхъ людей, и плакать, и просить у нихъ извиненія за несправедливость Бога, который наградилъ меня щедрѣе, чѣмъ ихъ"!
Бьернсонъ очевидно понялъ, что это было мѣчено въ него, потому что въ своемъ стихотвореніи къ Іохану Сведрупу {Сведрупъ, бывшій тогда либеральный министръ, вожакъ свободомыслящей партіи, извѣстный проведеніемъ многихъ либеральныхъ реформъ.} пишетъ:
Не должна ли жертвенная дубрава поэзіи
Быть свободна отъ нападенія коварнаго убійцы?
Если новъ тотъ, кто приходитъ въ броженіе,
Я немедля предъ нимъ ретируюсь!
Три года спустя между ними произошло новое столкновеніе. Въ 1872 году, въ своемъ трактатѣ Бьернсомъ объявилъ о желательности иного направленія въ политикѣ сѣверныхъ странъ по отношенію къ Германіи. Въ отѣтъ на это Ибсенъ написалъ полное горечи стихотвореніе "Сѣверные сигналы", которое пылало гнѣвомъ противъ несправедливости, оказанной Даніи. Послѣднія его строки гласитъ:
Итакъ, отступленіе! Къ примирительному празднику!
На трибунѣ стоитъ проповѣдникъ пангерманизма.
Прыгающіе львы замахали хвостами,