"La tentation de Saint-Antoine" было едва замѣчено во Франціи. Его встрѣтили шутками. Поэту нужно было двадцать лѣтъ, чтобъ его написать, а въ двадцать мѣсяцевъ у всѣхъ остряковъ составился такой отзывъ: "Книга смертельно скучна. Какъ могъ авторъ думать, что подобныя вещи займутъ парижанъ!... Нѣтъ, "Мадамъ Бовари" -- другое дѣло... Зачѣмъ онъ не повторился (какъ всѣ плохіе писатели), зачѣмъ не написалъ новыхъ десяти "Мадамъ Бовари?"
Онъ уѣхалъ въ Круасси, заперся тамъ на цѣлые мѣсяцы, глубоко оскорбленный, и снова принялся за работу. Онъ состарѣлся, смерть отняла у него друзей, старшихъ лѣтами, Жоржа Сандо, Теофила Готье, друзей юности и людей одного направленія -- Луи Булье, Фейдо, Жюля де-Гонкура и т. д. Онъ былъ одинокъ, боленъ, не могъ почти ходить, не могъ даже видѣть, какъ другіе ходятъ. Онъ обѣднѣлъ: по добротѣ онъ довѣрилъ все состояніе единственной племянницѣ, а мужъ ея промоталъ его и Флоберу на закатѣ дней приходилось печься о дневномъ пропитаніи. Подъ-конецъ онъ рѣдко ѣздилъ въ Парижъ, не выходилъ даже въ садъ, а ходилъ только взадъ и впередъ изъ спальни въ кабинетъ, чтобы сѣсть съ аппетитомъ за свой одинокій обѣдъ.
Онъ умеръ въ маѣ 1880 года и похороненъ близъ Руана. Похороны были малолюдны -- лишь небольшая кучка друзей, пріѣхавшихъ изъ Парижа. Изъ Руана не было почти никого,-- большинству жителей онъ былъ совсѣмъ неизвѣстенъ, а меньшинство, знавшее его, ненавидѣло, какъ писателя безнравственнаго и невѣрующаго.
"Русская Мысль", No 2, 1882