-- Отчего не дать, понадобится -- дамъ, тоже улыбаясь, отвѣтилъ докторъ.
-- Если такъ -- въ крайнемъ, значитъ, случаѣ и влюбиться можно. Въ такомъ случаѣ непремѣнно пріѣду. А какъ ее зовутъ?
-- Оксана! какимъ-то восторженно-торжественнымъ тономъ провозгласилъ докторъ, поднимая даже кверху свои густыя брови.
Восторженный ли тонъ доктора подѣйствовалъ на Алгасова, или же плѣнило его это непривычное великорусскому нашему уху имя, но въ воображеніи его тотчасъ же мелькнулъ чудный образъ черноглазой и смуглой героини одной изъ самыхъ милыхъ сказокъ Гоголя и невольно почудилась ему обаятельно-страстная, живая и бойкая дѣвушка-южанка.
-- Значитъ, Андрей красавицу привезетъ намъ! воскликнулъ онъ. Какъ бы и въ самомъ дѣлѣ не пришлось къ вамъ за синильной кислотой обращаться...
Такъ разговаривая, пили они чай, затѣмъ докторъ ушелъ къ больному Ивачеву, а Алгасовъ поѣхалъ въ Веденяпино.
Прошелъ мѣсяцъ, кончился сѣнокосъ. Пользуясь наступившимъ до начала жнитва свободнымъ временемъ, Алгасовъ рѣшилъ исполнить данное черезъ доктора обѣщанье и отправился къ Илютинымъ.
Поѣздка эта дѣйствительно походила на небольшое путешествіе. Ѣхать приходилось проселками. Выѣхавъ послѣ обѣда изъ Веденяпина, Алгасовъ ночевалъ на постояломъ дворѣ и на другой только день, передъ завтракомъ, пріѣхалъ въ Стародубье.
Владиміръ Николаевичъ сидѣлъ на балконѣ, когда Алгасовъ подъѣхалъ.
-- А, Саша, радостно воскликнулъ онъ, увидя Алгасова. Вотъ спасибо, что вспомнилъ! Ну садись, говори, что и какъ?.. продолжалъ онъ, указывая ему намѣсто возлѣ себя.