-- Здравствуйте, Анатолій Михайловичъ, отвѣтилъ блондинъ. Какъ поживаете?
Такъ перекинувшись нѣсколькими фразами, они заговорили объ оперѣ и ея исполненіи. Петръ Петровичъ не переставалъ между тѣмъ смотрѣть на ложу Носовой. Очень хотѣлось ему спросить у своего свѣтскаго пріятеля, кто эта красавица, и онъ ждалъ лишь случая, чтобы сдѣлать это какъ-нибудь кстати, не унижаясь до разспросовъ и не слишкомъ обязываясь Анатолію Михайловичу, и все ждалъ, не заговоритъ ли о ней самъ Анатолій Михайловичъ. Анатолій Михайловичъ дѣйствительно давно уже замѣтилъ, куда смотритъ Петръ Петровичъ, но нарочно, чтобы придать себѣ значенія, не заговаривалъ о Носовой.
-- А мало сегодня хорошенькихъ въ театрѣ, зѣвая, замѣтилъ наконецъ Петръ Петровичъ.
-- Да, немного, вяло проговорилъ Анатолій Михайловичъ.
-- Вотъ одна только недурна, небрежно и какъ бы между прочимъ, глядя даже въ сторону, произнесъ Петръ Петровичъ.
-- Гдѣ? равнодушно спросилъ его пріятель, развертывая скомканную афишу.
-- Вотъ, вторая ложа бель-этажа...
-- А! Да, эта дѣйствительно недурна, спокойно проговорилъ Анатолій Михайловичъ, и весь углубился въ афишу.
И оба замолчали.
-- Вы не знаете, кто это? снова какъ бы между прочимъ и не придавая этому значенія, спросилъ Петръ Петровичъ.