Алгасовъ пріѣхалъ передъ самымъ обѣдомъ. Первую Оксану сталъ онъ искать, здороваясь съ знакомыми, но ея не было ни въ гостинной, ни на балконѣ, ни въ другихъ комнатахъ. Она пришла, когда уже садились за столъ, и Алгасовъ, которому Илютинъ указалъ мѣсто недалеко отъ себя, на почетномъ концѣ стола -- съ какой завистью глядѣлъ онъ на болѣе молодыхъ, хотя и менѣе за то почетныхъ гостей, занимавшихъ мѣста по сосѣдству съ Оксаной! Жадно глядѣлъ онъ на нее, любуясь его, и еще лучше и милѣе ему показалась она... Она вз чіянула въ его сторону и съ милой улыбкой кивнула ему въ отвѣтъ на его поклонъ.
Обѣдъ кончился поздно и вскорѣ же послѣ него стали готовиться къ танцамъ. Дамы ушли одѣваться, залу освѣщали и убирали изъ нея лишнюю мебель" Алгасовъ, тотчасъ же послѣ обѣда поспѣшившій къ Оксанѣ, когда она ушла, вернулся на балконъ, гдѣ, вмѣстѣ съ хозяиномъ, усѣлись почетнѣйшіе его гости -- тузы двухъ пограничныхъ уѣздовъ. Куря сигары и попивая шампанское, продолжали они тутъ за обѣдомъ еще начавшійся разговоръ о выборахъ и иныхъ уѣздныхъ дѣлахъ.
Стародубье находилось недалеко отъ границы Сарайскаго уѣзда, и потому въ числѣ гостей Владиміра Николаевича были и Сарайскіе помѣщики. Разговоръ зашелъ объ исходѣ дворянскихъ выборовъ по Сарайскому уѣзду и такъ какъ налицо тутъ были главнѣйшіе представители обѣихъ враждебныхъ въ Сараяхъ партій и Сарайскіе дѣятели обрадовались случаю свести свои счеты яри постороннихъ свидѣтеляхъ, то съ каждой минутой все болѣе и болѣе страстнымъ становился этотъ разговоръ, тѣмъ болѣе, что никто изъ видныхъ дѣятелей Сарайскаго уѣзда не былъ безъизвѣстенъ и остальнымъ гостямъ Илютина и потому не однихъ только Сарайскихъ занимали ихъ споры. Напротивъ, сосѣди Владиміра Наколаевича даже рады были на чужихъ, въ подробности плохо имъ извѣстныхъ дѣлахъ отдохнуть отъ собственныхъ наскучившихъ и опротивѣвшихъ интригъ и раздоровъ.
Въ силу выдающагося положенія своего въ уѣздѣ, Алгасовъ не могъ не принимать участья въ этомъ разговорѣ; даже за обѣдомъ, гдѣ одна только Оксана и занимала его, и тамъ принужденъ онъ былъ возражать и спорить, и тѣмъ съ большимъ увлеченіемъ говорилъ онъ теперь, зная, что ея нѣтъ и не скоро еще выйдетъ она. Подъ конецъ онъ такъ даже увлекся разговоромъ, что и объ Оксанѣ забылъ.
Говорили опять о выборахъ. Чемезовымъ, какъ предводителемъ, были недовольны и ему порядкомъ здѣсь доставалось, не смотря и на горячую защиту Алгасова.
-- Признаюсь, и мы удивились выбору Чемезова, говорилъ своимъ мягкимъ, ровнымъ голосомъ Илютинъ. Мы думали, вы Рѣдкина выберете!
-- Да изъ-за Рѣдкина все и загорѣлось, началъ одинъ Сарайскій помѣщикъ. Его не захотѣли -- онъ, дескать, не живетъ у насъ! Предложили Травина -- того Александръ
Семеновичъ испугался: всѣхъ, молъ, насъ живьемъ съѣстъ. Самъ Александръ Семеновичъ отказался. Спорили, спорили, шумѣли, шумѣли -- надоѣло, наконецъ, ну и выбрали Чемезова, да Круглова къ нему въ кандидаты. Выборы, нечего сказать!
-- Позвольте, вступился Алгасовъ. Во-первыхъ, Рѣдкина мы знаемъ: онъ принялъ бы должность, горячо благодарилъ бы насъ за честь, далъ бы намъ обѣдъ, сказалъ бы рѣчь о томъ, что такое дворянство, а тамъ, черезъ полгода, подалъ бы въ отставку и укатилъ бы куда-нибудь въ Парижъ или Флоренцію, вѣдь это уже бывало. Въ Крутоярскомъ уѣздѣ недавно еще онъ это продѣлалъ. Травинъ, опять-таки... Ну какъ хотите вы имѣть предводителемъ человѣка, который ни передъ чѣмъ не остановится, лишь бы забрать себѣ въ руки весь уѣздъ и всѣмъ вертѣть въ немъ по своему? Онъ, говорятъ, настоящій дворянинъ, онъ своего брата-дворянина ужъ не выдастъ! Не безпокойтесы Такъ-то скрутитъ, гдѣ сможетъ, своего брата-дворянина, что тотъ и пикнуть не посмѣетъ... Знаю я Травина хорошо! Что чванства въ немъ столько, что хватило бы и на дюжину остзейскихъ бароновъ -- ну это такъ.
-- Ну это ужъ ты на Травина нападаешь, возразилъ Илютинъ. А кто тогда Иванову помогъ? А?