-- Ну на это я вамъ скажу, что на дворянскихъ выборахъ мы выбираемъ предводителя себѣ, а не предсѣдателя Земскому Собранію...
у- Т. е. позвольте, вмѣшался молчавшій дотолѣ худощавый, сѣдой господинъ. Должны же мы принимать во вниманіе способность человѣка къ одной дѣйствительно самой важной части его должности...
-- Вотъ видите ли, не всегда это можно, отвѣтилъ Алгасовъ, стряхнувъ пепелъ съ сигары и обращаясь къ худощавому господину. Возьмите наши выборы. О Рѣдкинѣ и говорить нечего -- человѣкъ даже и въ Россіи не живетъ, да и не знаетъ совсѣмъ Россіи. Чемезовъ не годится, ибо онъ слишкомъ безпристрастенъ, слишкомъ слабъ, слишкомъ самъ отстраняетъ отъ себя всякое вліяніе, и дѣйствительно, Юмаковъ, шельма первостатейная, пользуется этимъ и какія-то дѣлишки по какимъ-то тамъ мостамъ и подрядамъ и обдѣлываетъ себѣ...
-- Какія-то... началъ Щепотевъ.
-- Позвольте, остановилъ его Алгасовъ. А лучше ли было бы при Травинѣ? Юмаковъ, точно, орать бы не посмѣлъ, а вы думаете, что втихомолку Травинъ не сошелся бы съ тѣмъ же Юмаковымъ и не сталъ бы помогать ему? Я не говорю, чтобы Травинъ сталъ когда-нибудь брать взятки или что въ этомъ родѣ -- нѣтъ, а такъ, услуга за услугу, за то, что Юмаковъ с^умѣлъ бы ему подстроить чуть не всѣ крестьянскіе голоса?.. Ну вотъ и всѣ наши кандидаты, снова обратился онъ къ худощавому господину. Какъ прикажете намъ выбирать предсѣдателя Земскаго Собранія?
-- Въ такомъ случаѣ, къ чему же навязали намъ это право -- давать изъ своей среды предсѣдателя Собранію? Почему не передадутъ этого права самому Собранію?
-- Да, но это такой вопросъ... И во всякомъ случаѣ -- это право весьма и весьма существенное. Но съ другой стороны -- есть вѣдь и хорошая сторона въ томъ, что предсѣдатель Собранія независимъ отъ этого Собранія. Что лучше и что хуже -- рѣшить мудрено. Но я иначе смотрю на дѣло. Оставьте хоть предводителя предсѣдателемъ Собранія, но сдѣлайте такъ, чтобы для Собранія безразлична была личность предсѣдателя и ходъ дѣлъ не зависѣлъ бы отъ лица...
-- Т. е. какъ же это?
-- Господа, обратился Алгасовъ ко всѣмъ. Скажите, заинтересованы ли мы, не скажу -- дворяне, но крупные землевладѣльцы, заинтересованы ли мы лично въ земствѣ? Что такое земство, какъ не особое какое-то богоугодное учрежденіе? И что, кромѣ возможно большаго въ ущербъ земской благотворительности сокращенія оклада -- какой другой у насъ интересъ на Земскомъ Собраніи? Но и тутъ, если даже личнымъ своимъ участьемъ въ Собраніи и сберегу я себѣ какіе-нибудь 25 рублей, то въ концѣ концовъ они все-таки уйдутъ у меня на поѣздку въ городъ. Заинтересованы ли мы въ школахъ, больницахъ, даже и въ самихъ докторахъ? Жили же мы прежде безъ земскихъ докторовъ, изъ которыхъ даромъ все равно ни одинъ ко мнѣ не поѣдетъ, а за деньги и безъ нихъ всегда найду я себѣ доктора. Ну да не въ этомъ дѣло. Непосредственно ни въ чемъ этомъ мы не заинтересованы; интересъ косвенный -- его не всякій и пойметъ, да съ большинства гласныхъ нельзя и спрашивать этого пониманія. А между тѣмъ, земство -- учрежденіе хозяйственное, хозяйство же, какъ вамъ извѣстно, тогда только и можетъ идти хорошо, когда ведущій его самъ лично въ немъ заинтересованъ. Опекуны и управляющіе по большей части плохіе хозяева. Теперь, намъ даютъ дѣла, насъ лично нисколько не касающіяся, и требуютъ, чтобы мы интересовались ими, какъ своими! Во имя общей пользы, во имя нравственнаго долга, положимъ, и можно этого требовать, но можно съ отдѣльныхъ только наиболѣе развитыхъ единицъ, а не съ большинства, къ уровню котораго и должны бы быть примѣнены всѣ учрежденія вообще и въ частности такое, какъ земство. Эти единицы -- оставьте ихъ. Они и сами, по собственной своей охотѣ пойдутъ помогать мужикамъ и будутъ заботиться о ихъ благѣ. Но всѣ равнодушные или даже прямо -- враждебные, при такой постановкѣ дѣла сами собою отстранились бы они отъ него, и вотъ исчезла бы всякая почва для интриги!
-- Но какъ же это сдѣлать?