-- Бог свидетель, что я отдал бы жизнь за вас, Маргарита! -- воскликнул граф. -- Но она требует от меня больше жизни -- она требует чести. Могли ли бы вы уважать вероломного рыцаря, который изменил бы, хотя бы ради вас, долгу дворянина и верноподданного?
-- Нет, -- ответила Маргарита, -- нет, если даже вы были так слабы, что предложили бы мне эту жертву, клянусь, я отказалась бы. Я вас люблю за вашу честность, за благородную преданность монарху, не поколебавшуюся несмотря на несправедливое осуждение, которому вы подвергались от имени его. Берегите честь вашу, граф Гельфенштейн, храните ее чистой и неприкосновенной, хотя бы мне пришлось погибнуть. Честь эта принадлежит мне с тех пор, как мы обручены перед Богом.
-- Хорошо, -- прервала ее колдунья, -- но клянусь вам, сударыня, прежде чем солнце явится на горизонт, вы будете соединены с Иеклейном перед дьяволом вашим и его учителем. Граф, взгляните на вашего соперника: видите ли вы, как он любуется и глазами пожираете Маргариту? К черту! Я больше не хочу медлить и возвращу ему его счастье.
Она подбежала к Иеклейну и с жаром стала говорить с ним.
-- Прощайте, Маргарита, прощайте, ангел мой, -- сказал Гельфенштейн.
-- Прощайте, граф, -- отвечала молодая девушка, -- что бы ни случилось -- оставайтесь верным долгу честного рыцаря.
Люди Сары хотели увести графа Гельфенштейна, но слишком гордый, чтоб напрасно сопротивляться, он беспрепятственно последовал за ними.
Вместо того, чтоб возвратиться на большую площадку, где крестьяне ждали Сару с понятным нетерпением, она углубилась в лес, почти в том же направлении, по которому послала Иеклейна. Через несколько минут она остановилась у маленькой прогалины шириной в семь-восемь футов, откуда сквозь деревья можно было видеть пламя большого костра.
-- Остановитесь тут с пленником, -- сказала она своим людям.
Она прошла несколько шагов; но, уже подойдя к большой площадке, вдруг круто повернула и воротилась к графу.