-- Не виновата, говоришь ты? -- прервала Сара. -- Как? Эта женщина, обладающая богатством, счастьем, лишила меня, бедную, одинокую, единственной любви, единственного утешения, которое могло заставить меня забыть мои несчастья и преступления. И ты осмеливаешься говорить, что она не виновата... Ты, кажется, шутишь...
-- Зильда, я тебя...
-- Зильда умерла в тот день, когда вы перестали любить ее, граф; я теперь Сара, Черная Колдунья, дочь сатаны, женщина, жаждущая мести!..
-- Сара, -- сказал граф, сдерживая свою ярость при взгляде на бледную встревоженную Маргариту, -- Сара, положим что я виноват. Но скажи мне, что мне делать, чтобы получить твое примирение, -- продолжал он, заменив этим словом слово прощение, которое не мог выговорить. -- Назначь выкуп...
-- Выкуп! -- прервала Сара с презрением. -- Все сокровища мира не вознаградили бы меня за один миг тех мучений, которые терзают меня. Выкуп!.. Нет... слезы за слезы, позор за позор, горе за горе!.. Ты видишь эту женщину, -- прибавила она, указывая на Маргариту жестом, полным ненависти и ревности... -- Она молода, хороша... чиста, как ангел... Твои губы едва осмелились прикоснуться к ее девственному рту, не правда ли?.. Потому что она знатная дама, а только знатных любят с уважением... Итак, эта женщина, которую я также ненавижу, как ты любишь, которая меня также презирает как ты ее уважаешь... эта женщина, моя соперница, мой враг, и я отдам ее этим крестьянам и завтра буду иметь право оттолкнуть ногой благородную графиню, публично опозоренную, обесчещенную всей этой сволочью, как вы выражаетесь, господа дворяне.
-- Сара, ради Бога! -- воскликнули в один голос граф и Маргарита, приведенные в отчаяние этими ужасными словами.
-- Что мне Бог, -- прервала Сара с яростью, доходившей до исступления. -- Я ведь ридская колдунья, дочь ада! Мой покровитель -- сам черт, и я сейчас отдам ему свою душу, если он подскажет мне какое-нибудь еще более страшное наказание для этой ненавистной женщины.
-- О! Как это ужасно, -- воскликнула Маргарита, когда Сара обратилась к крестьянам, давая им знак приблизиться... -- Какова бы ни была ваша злоба... неужели вы решитесь подвергнуть женщину такой пытке... Я в вашей власти... убейте меня, замучьте, если простой смерти недовольно для вашей ненависти, но пощадите!
-- А, вот ты умоляешь! -- сказала Сара, положив руку на плечо Маргариты и глядя на нее с таким выражением, что у молодой женщины от ужаса кровь застыла в жилах.
-- Не смотрите на меня так, -- говорила Маргарита умоляющим голосом. -- О! Вы были правы, сказав, что я склоню перед вами колени. Да, Сара, я на коленях прошу вас, умоляю -- прикажите убить, но не предавайте на оскорбления!